четверг, 11 августа 2011 г.

Советские танковые асы: Герой Советского Союза лейтенант Коновалов С.В.

КОНОВАЛОВ Семён Васильевич, родился 15 февраля 1920 г. в с. Ямбулатово ныне Верхне-услонского района Татарской АССР в семье крестьянина. Русский. Образование среднее. Работал почтальоном. В Красной Армии с 1939 г. В 1941 г. окончил Куйбышевское военно-пехотное училище и направлен на фронт. В мае 1941 г. при окончании Рассейняйского БТУ, получил звание лейтенанта и назначен командиром танкового взвода в отдельную танковую роту 125-й пограничной сд.

В начале августа 1941 г. тяжело ранен и эвакуирован в госпиталь в Вологду. В октябре 1941 Коновалов выпислася из госпиталя и назначен в Архангельский АБТ Учебный Центр.

В апреле 1942 г. лейтенант Коновалов назначен командиром взвода танков КВ в 5-ю гв. тбр и отправлен на фронт.

В июне 1942 г. переведен на аналогичную должность в 15-ю тбр 9-й А.
Лейтенант Коновалов С.В.
13 июля 1942 г. экипаж остановился из-за неисправности недалеко от хутора Нижнемитякин (Тарасовский район Ростовской области), во время починки на одинокий КВ напали немцы, но выстрелами экипажа было подбито 3 танка. Закончив ремонт, танкисты уничтожили еще 16 танков, 2 бронеавтомобиля, 8 автомашин. На заключительном этапе боя КВ был подбит, три члена экипажа погибли. Коновалов вместе с прибывшим для ремонта боевой машины заместителем командира роты по техчасти, сняв с машины один из пулеметов, стал пробираться к своим. На четвертые сутки танкисты встретили танковую колонну противника, остановившуюся на отдых. Отважные танкисты решили завладеть танком. Уничтожив экипаж и оседлав немецким танком, они прибыли на нем в расположение наших войск.

Воюя на трофейном танке Коновалов подбил 3 танка!

Звание Героя Советского Союза присвоено 31 марта 1943 г. В 1946 г. уволен в запас, а в 1950 г. вновь призван в Советскую Армию. В 1952 окончил Ленинградскую высшую офицерскую бронетанковую школу. С 1956 подполковник Коновалов — в запасе. Живёт и работает в Казани. Награжден орденами Ленина, Отечественной войны I ст., медалями.

«Человек мужественный верен своему слову» (П. Корнель)

Думаю, вы со мной согласитесь, уважаемые читатели, мало что может сравниться с радостью от встречи с боевым другом, которого считали давно погибшим. Подобную радость испытали танкисты 15-й танковой бригады, когда узнали, что их однополчанин лейтенант Семен Коновалов жив. Что произошло с этим офицером? Почему его считали погибшим?

Бой, в котором участвовал лейтенант-танкист, был в высшей степени неравным. Представьте себе: 75 немецких танков против... одного советского! Преимущество более чем огромное. Если к тому же учесть, что в ходе боя нашу вышедшую из строя, подбитую боевую машину с расстояния 75 метров расстреливала вражеская самоходная артиллерийская установка, то становится совершенно ясно, что шансов выжить у экипажа храбрецов, которые приняли трудный бой, даже теоретически не было. И всё-таки несколько членов экипажа, в том числе и его отчаянно смелый командир не только победили врага, но и выжили.

Вспоминаются слова из «Буревестника» Максима Горького:

- Безумству храбрых поем мы песню!

Они могут быть отнесены в том числе и к нему - двадцатидвухлетнему танкисту, командиру взвода лейтенанту Семену Васильевичу Коновалову, который совершил действительно беспримерный подвиг и выжил в смертельном бою. Звезда Героя Советского Союза со временем украсила его грудь.

...Лето 1942 года выдалось жарким и засушливым. Но ещё жарче было на полях сражений Великой Отечественной войны. Самыми неблагополучными в тот период оказались Юго-Западное и особенно Южное направления. Немецкое командование сумело «срезать» барвенковский выступ южнее Харькова и разгромить войска Юго-Западного фронта. Армии Южного фронта также потерпели серьезное поражение.

На участке шириной 600 - 650 км, между Таганрогом и Курском, противник осуществил прорыв линии нашей обороны и проводил операцию по окружению войск Брянского, Юго-Западного и Южного фронтов западнее Дона. В громадную брешь, которая образовалась в этом месте советско-германского фронта, устремились гитлеровские войска. Кровопролитнейшие бои развернулись на сталинградском и кавказском направлениях. Среднесуточные потери наших войск в тот период на данном участке фронта составляли свыше 21 тысячи человек. Более тяжелые потери были только в первые дни войны на Западном фронте. (В Московской битве, например, среднесуточные потери составляли менее 10 тысяч человек в оборонительной фазе и около 11 тысяч человек - в наступательной. - Прим, автора.)

Пал Ростов-на-Дону. Танковые армады фашистов стремительно продвигались к Северному Кавказу и Волге.

Что значило потерять Кавказ в то время? Он являлся важным экономическим районом, имевшим крупную топливно-энергетическую базу. На его долю приходилось 86,5 % общесоюзной добычи нефти, 65 % - природного газа, 56,5 % - марганцевой руды. Один Бакинский район давал почти три четверти всей нефти, добывавшейся в СССР. Географическое положение Кавказа определяет и его стратегическое значение. Потеря Кавказа для нашей страны была смерти подобна. Это вполне могло привести к поражению во всей войне. Поэтому задача перед войсками Южного фронта стояла одна: удержать Кавказ любой ценой.

Тем временем на фронте порой возникала настоящая неразбериха, когда командования соседствующих фронтов не могли скоординировать свои действия в условиях стремительно изменявшейся обстановки.

Ставка Верховного Главнокомандования потребовала в тот период от командующего Южным фронтом генерала Р. Я. Малиновского немедленно занять левый берег Дона и не допустить форсирования реки противником. Генерал Малиновский назначил объединениям и соединениям фронта районы сосредоточения, которые располагались в 35 - 40 км южнее Дона. Он намеревался именно там привести их в надлежащий порядок и лишь потом использовать для усиления обороны указанного рубежа.
Танк КВ-1 выезжает на позицию.
Маршал Советского Союза С. М. Буденный, командовавший Северо-Кавказским фронтом, в свою очередь имел распоряжение Ставки «приводить в порядок и немедленно использовать» (так в документе. - Прим, автора) отходившие войска Южного фронта для усиления обороны левого берега Дона. В связи с этим отходившим частям Южного фронта не всегда удавалось проследовать в назначенные им районы, нередко их останавливали представители штаба Северо-Кавказского фронта вместе с работниками фронтовых органов государственной безопасности фронта, направляя для обороны реки на другие рубежи. Имели место случаи, когда оружие у частей Южного фронта просто-напросто отбирали и отправляли на укомплектование соединений Северо-Кавказского фронта, занимавших оборонительную линию.

Кроме того, войска Южного фронта, которые отступали под сильным натиском танков противника, находились под непрерывным воздействием его авиации, нередко впадали в состояние, близкое к панике. Не зря, именно в это время был издан знаменитый приказ № 227, смысл которого сводился к одной фразе: «Ни шагу назад!».

Особенно страшили многочисленные рейды танковых частей немцев по нашим тылам. В силу приведенных причин управление соединениями и частями фронта было серьёзно нарушено. Порой возникали ситуации, когда командиры, зная конечные рубежи отхода, выводили свои соединения и части к Дону значительно ранее назначенных им сроков, что создавало страшную неразбериху на переправах. Вот здесь-то и требовалась твердая рука для наведения порядка, но в этот момент Ставка ВГК запретила маршалу С. М. Буденному вмешиваться в действия соединений Южного фронта и предъявлять им какие-либо претензии, хотя отходили они в полосу Северо-Кавказского фронта.

Танкисты 15-й танковой бригады не знали обо всех перипетиях, происходивших на всем Южном фронте. Они видели одно - враг прет, а наши войска отступают. Задача становилась предельно ясной: там, где стоят танкисты, немцы пройти не должны. Наступило 13 июля 1942 года. Бригаде рано утром была поставлена очередная боевая задача: «...к 12.00 13.7.42 г. развернувшись на рубеже 5 - 6 км восточнее В. Тарасовка (здесь и далее называются наименования населенных пунктов Тарасовского района Ростовской области. - Прим, автора), уничтожить противника в районе Тимошевка и выйти на рубеж Антоновка, Екатериновка, Тимошевка.

Если же противник пойдет на юг, бригада атакует в направлении Косоворотовка, Пеховка. Справа действует 140-я тбр, уступом слева - 5-я гв. тбр». (выдержка взята из Журнала боевых действий бригады. Орфография и стилистика в этом и других приводимых документах сохранены. - Прим, автора).

Бригаде для выхода на рубеж развертывания, находящийся в десяти километрах от района сосредоточения, отводился всего один час. Накануне танкисты уже участвовали в бою, который закончился глубокой ночью. И вот - новая задача. Воины после ночной схватки производили осмотр и регулировку механизмов танков, вооружения, приборов наблюдения и прицеливания, заправляли машины, пополняли боекомплект, одним словом - готовились к очередному дню войны, а на войне всякое может случиться. И только потом был ужин, который скорее походил на ранний завтрак, и короткий посменный отдых поэкипажно. Неписаное правило танкистов - первым делом уделять внимание боевой машине, а потом, если время останется и обстановка позволит, уже себе - воины 15-й танковой бригады выполняли свято. По-иному и быть не могло, ибо только такой подход мог сохранить жизнь и экипажу, и самой боевой машине, а главное - обеспечить выполнение подразделением, частью и соединением поставленной боевой задачи.

В общей бригадной семье этими же проблемами был занят и взвод лейтенанта С. Коновалова. Впрочем, к тому дню от взвода остался один экипаж командира. Вот, уважаемый читатель, фамилии тех, кто встретил тот рассвет накануне неравного поединка. Экипаж тяжелого танка «КВ» составляли: командир взвода, он же командир танка лейтенант Коновалов, механик-водитель Козыренцев, наводчик орудия Дементьев, заряжающий Герасимлюк, младший механик-водитель Акинин и стрелок-радист Червинский.

Бригада в соответствии с принятым решением ее командира начала выдвижение строго по графику из района сосредоточения. Высланная бригадная разведка донесла, что противник движется южнее в направлении Хохлачи, Карпо-Русский. Танковые батальоны по приказу комбрига повернули на юг. Мотострелковый пулеметный батальон, батарея противотанковых орудий и зенитная батарея бригады получили задачу прикрыть переправу в районе Верхняя Тарасовка. То есть бригада фактически стада выполнять боевые задачи на двух изолированных направлениях.

Во время совершения марша основной бригадной колонны в районе села Митягинское танк лейтенанта Коновалова вышел из строя - прекратилась подача горючего. Ждать пока неисправность будет устранена командир бригады полковник Пушкин не мог. Он оставил в помощь экипажу техника-лейтенанта Серебрякова, а сам повел колонну дальше.

Уезжая, комбриг предупредил Семена, что на этом рубеже возможно появление фашистских танков. Тогда экипажу необходимо было задержать врага как можно дольше (вы помните, уважаемый читатель, ранее я говорил о том, что в условиях отсутствия сплошной линии фронта танковые части немцев совершали глубокие рейды в наш тыл, дезорганизуя тем самым управление войсками и сея панику среди солдат. - Прим, автора). С. Коновалов ответил, что сделает всё, что в его силах. Забегая вперед замечу, что своё слово танкист сдержал.
Танк КВ-1 перед атакой.
Через некоторое время неисправность удалось устранить. Буквально через несколько минут после того, как танкисты перевели дух от напряжения - что было бы с неисправной боевой машиной, если в тот момент показались фашистские танки, думаю, ясно каждому - на пригорке показались две немецкие бронемашины. Выучка танкистов оказалась выше, чем у противника. Пока немцы думали, что им делать, один за другим раздались два выстрела. Одна из бронемашин была подбита, другая поспешно ретировалась.

Семен приказал стрелку-радисту связаться с бригадой и доложить о неприятеле, но на позывные никто не откликнулся. Бригада ушла далеко. Тяжесть принятия решения на дальнейшие действия целиком легла на плечи лейтенанта С. Коновалова. Но, честно говоря, что уж там решать... Приказ комбрига был прост и ясен: «Держаться изо всех сил!»

Семен еще раз оценил местность. Наиболее удобной оказалась позиция в лощине, склоны которой укрывали боевую машину. В этом случае фашистские танки, выезжая на пригорок, становились удобной мишенью для наших бойцов. И вот показалась танковая колонна немцев. Далее я хотел бы «предоставить слово» наградному листу на героя, который был оформлен через несколько месяцев после боя (по всей видимости, из-за сложной обстановки на фронте ранее подготовить необходимые документы не представлялось возможным. - Прим, автора).

«13 июля 1942 года., в р-не Н-Митягинское 2-е, танк «КВ» лейтенанта КОНОВАЛОВА стоял из-за неисправности после боя (речь идет о бое, который состоялся накануне, тогда несколько попаданий вражеских снарядов привели к перебоям с топливом, но сразу это удалось устранить, однако позднее, 13 июля неисправность вновь дала о себе знать. - Прим. автора). Экипаж своими силами восстанавливал танк. В это время показалось две немецкие бронемашины. Тов. Коновалов немедленно открыл огонь и 1 машина была подожжена, вторая поспешно скрылась. Вслед за бронемашинами показалась движущаяся колонна танков, сначала 35 машин, а затем ещё 40. Противник продвигался к деревне. Лейтенант КОНОВАЛОВ, используя выгодную позицию своего замаскированного танка, решил принять бой. Подпустив первую колонну танков на расстояние 500 - 600 метров, экипаж «КВ» открыл огонь. Прямой наводкой было уничтожено 4 танка. Колонна противника не приняла бой, вернулась обратно. (Думаю, что немцы даже представить не могли, что против всей их бронированной армады сражается всего один советский танк. - Прим, автора). Но через некоторое время развернутым строем деревню атаковали 55 танков противника. Лейтенант КОНОВАЛОВ решил продолжать борьбу с бронированными машинами немецко-фашистских захватчиков, несмотря на такое подавляющее превосходство. Героический экипаж поджег ещё 6 танков противника и заставил его вторично откатиться. Враг предпринимает третью атаку. Герои танкисты, руководимые своим комсомольцем - командиром тов. КОНОВАЛОВЫМ, ведут огонь по танкам и машинам противника до последнего снаряда. Они уничтожают ещё 6 вражеских танков, 1 бронемашину и 8 автомашин с вражескими солдатами и офицерами. Советская крепость умолкает. Фашисты открывают огонь из 105-мм орудия, которое подтягивают к танку на расстояние 75 метров. Экипаж танка с героем-командиром лейтенантом КОНОВАЛОВЫМ вместе с танком погиб в этом неравном бою, защищая нашу Родину от немецких захватчиков.

Лейтенант КОНОВАЛОВ проявил мужество, непоколебимую стойкость, беззаветную отвагу. За героизм, проявленный при защите Родины, тов. КОНОВАЛОВ достоин посмертного присвоения звания «ГЕРОЙ СОВЕТСКОГО СОЮЗА» с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».

Наградной лист на Коновалова. Фраза комбата Василькова «достоин посмертного присвоения... с вручением» оказалась отчасти пророческой.
Вот так описан этот бой в наградном листе. Внизу стоит дата - 17 ноября. Наградной лист подписан командиром 15-й танковой бригады майором Савченко. Как видим, товарищи не забыли о подвиге однополчанина. Командир бригады был другой, фронт уже назывался Закавказским, но героизм не имеет временных границ, поэтому командование решило воздать герою должное.

Всё в этом наградном листе правда, кроме одного - сам герой, лейтенант Семен Коновалов оказался... жив! В такое невозможно было поверить, но это так. Спустя некоторое время, уже после того, как документы ушли в Москву, в бригаду пришло от него письмо. Только тогда боевые товарищи узнали о том, как закончился тот день, 13 июля 1942 года...

Когда в ствол танковой пушки был загнан последний снаряд, Семен предупредил экипаж, что после выстрела все покидают танк. К этому времени боевая машина полностью «обездвижилась»: многочисленные попадания сделали-таки своё дело.

Грянул последний выстрел, и танкисты стали «эвакуироваться» через нижний люк. В это время самоходное орудие немцев с расстояния около 75 метров в упор расстреливало израненную боевую машину.

Выбраться наружу удалось только троим: самому командиру, технику-лейтенанту Серебрякову и наводчику орудия Дементьеву. Остальные члены экипажа погибли. Пользуясь наступившей темнотой, а также тем, что вокруг стоял густой дым, валивший от горящих немецких танков, советские воины скрылись в густой траве.

Они не знали, что на следующий день бригадные разведчики проберутся на поле боя, увидят сгоревший «КВ», останки танкистов в нем, переговорят с местными жителями и уйдут в полной уверенности, что весь экипаж геройски погиб. Об этом будет доложено командиру бригады. Все узнают о том, что Семен Коновалов и его ребята пали смертью храбрых на поле брани, сдержав данное накануне боя слово - умереть, но не пропустить врага.

Сами же оставшиеся в живых герои больше недели пробирались по фашистским тылам к линии фронта. Питались, в основном, сырым зерном и травой. Непосредственно к своим они прорвались, захватив вражеский танк. Это случилось далеко от того участка фронта, на котором воевала их родная бригада. Поэтому и пришлось воевать в другой части...

Матери же С. Коновалова, в татарское село Ямбулатово, отправилась «похоронка», в которой сообщалось, что её сын погиб смертью храбрых. Не ошибусь, если замечу: после радостного известия о «воскресшем» Семене, родные достойно отметили это событие.

Каким же был путь С. Коновалова к подвигу?

Он родился и вырос в крестьянской семье в селе Ямбулатово Татарской АССР. Когда подрос - пошел в школу. Учился хорошо. Еще учась в школе, подраставший юноша все больше и больше задумывался о своем дальнейшем жизненном пути.

В 1938 году он добровольно подает заявление в военный комиссариат с просьбой призвать его в ряды Красной Армии. К просьбе отнеслись с пониманием и удовлетворили ее. Он был призван в армию, но служить грамотного парня оставили в Пеньковском военкомате. Понятно, что родственники да и некоторые знакомые не очень-то разделяли его выбор. Ведь сколько дел на родной земле-кормилице! Но, как мы видим, не переубедили...

В конце тридцатых годов, как уже отмечалось в других очерках, тяга молодежи к учебе в военных училищах была огромная. Немало юношей испытывали желание стать не просто воинами Красной Армии, а её цементирующим звеном - красными командирами. Так и в военкомате, в конце концов, удовлетворили желание Семена - направили на учебу в бронетанковое училище, которое, сначала было пехотным и дислоцировалось в Куйбышеве, а затем, после вхождения Литвы в состав СССР, было переведено в литовский город Расейняй и стало бронетанковым.

Поступивших в училище свели во взвода и роты. Будущие командиры знакомились друг с другом. Ребята подобрались в основном из крестьянских и рабочих семей. Среди них было немало красноармейцев и младших командиров Красной Армии.

Но времени на «раскачку» не было. Новобранцев переодели в военную форму одежды и сразу же начались занятия. Тяжело давались юношам поначалу, армейские науки, но ребята терпели, закалялись. Постепенно все вошло в норму, новоиспеченные курсанты втянулись в армейский ритм.

Передислокация училища, его перевод в разряд бронетанковых, конечно, внесли существенные изменения в учебный процесс. Времени на освоение новой военной специальности отводилось немного. Поэтому все занятия проводились в духе приближенности к боевым условиям, без послаблений, с большой напряженностью и насыщенностью.

В мае 1941 года С. Коновалов получил лейтенантские кубики и назначение командиром танкового взвода в отдельную танковую роту 125-й пограничной стрелковой дивизии.

До начала войны оставалось всего несколько недель. Дивизия дислоцировалась недалеко от места учебы, в Литве, в Прибалтийском военном округе. Её задачей являлось следующее: при развязывании агрессии противником, выйти на установленные рубежи и не допустить его продвижения в глубь нашей территории.

Танкисты роты, в которой служил лейтенант Семен Коновалов, имели на вооружении легкие танки БТ-7. Они показывали хорошие результаты в овладении техникой и в максимальном использовании боевых возможностей этих машин. Всё-таки у пограничников закалка была особая.

В ночь на 22 июня 1941 года дивизия была поднята по боевой тревоге и получила задачу выйти на прикрытие государственной границы. Но полноценно занять линию обороны ей не удалось. Враг уже начал наносить авиационные удары, открыла огонь дальнобойная артиллерия, были высажены воздушные десанты. Диверсионные группы противника всячески препятствовали организации связи и нормальному управлению соединением. Да и как иначе могло быть. Война есть война.

125-я пограничная стрелковая дивизия с первого дня войны вступила в тяжелые сдерживающие оборонительные бои с превосходящими силами противника. Даже в условиях охвата и обхода, а нередко и окружения, воины дивизии, в том числе и танкисты роты, в которой воевал лейтенант С. Коновалов, действовали стойко, и мужественно и предпочитали погибнуть, но не сдать врагу занимаемых позиций.

Как впоследствии оказалось, сосредоточение на направлениях главных ударов крупных сил гитлеровцев, в том числе основной массы танковых частей и соединений, создало значительное превосходство над советскими войсками прикрытия. А спланированные и проведенные советским командованием контрудары были малоэффективны, слабы и задачу по остановке вражеских сил вторжения выполнить, естественно, не могли.

Наши войска, а с ними и части 125-й пограничной стрелковой дивизии, отходили на восток, неся большие потери как в личном составе, так и в технике.

В начале августа Семен Коновалов в одном из ожесточенных боев был ранен. Рана была тяжелой и офицера-танкиста эвакуировали в госпиталь, который находился в Вологде. Только в конце октября 1941 года ему удалось получить «добро» врачей и выписаться из госпиталя, но пока не в действующую армию, а в Архангельский автобронетанковый учебный центр.

Чем там занимался офицер? Он обучал ещё необстрелянных танкистов, передавал свой фронтовой опыт. Одновременно с этим бомбардировал командование просьбами отправить его на фронт. Эти просьбы сыграли свою роль. В апреле 1942 года лейтенант С. Коновалов был назначен командиром взвода танков «КВ» в 5-ю отдельную гвардейскую танковую бригаду и отправлен на фронт.

Тяжелые танки «КВ» он освоил во время нахождения в учебном центре. В июне его назначили на аналогичную должность, но уже в 15-ю танковую бригаду 9-й армии. В составе этой бригады танкист принимал участие в тяжелых оборонительных боях на южном направлении и воевал до 13 июля...

Что было дальше, вы, уважаемые читатели, уже знаете.

С. Коновалов воевал до последнего дня Сталинградской битвы. Не раз был ранен, награжден ещё одним орденом Красного Знамени.

В его военной биографии был даже период, когда он преподавал на военной кафедре во Львовском политехническом институте.

До 1956 года фронтовик служил в армии. Затем уволился и почти двадцать пять лет проработал старшим инженером на одном из заводов в Казани.

Находясь на пенсии, С. В. Коновалов активно занимался общественной работой. Он выступал в учебных заведениях района и города, часто беседовал с молодежью по военно-патриотической проблематике, был нештатным лектором общества «Знание»...

Ветеран ушел из жизни в возрасте шестидесяти девяти лет, 4 апреля 1989 года. Похоронен герой-танкист С. В. Коновалов на кладбище поселка Дербышки.

Военные комиссары Республики Татарстан генерал-майор Р. Мустаев и Советского района Казани полковник Л. Сичко, кроме других данных о герое (большое им спасибо!), сообщают, что память танкиста Героя Советского Союза увековечена следующим образом: в населенном пункте Митягино, где сражался танкист, в честь его подвига установлен на постаменте танк; в музее трудовой и боевой славы казанского завода ЭВМ имеется стенд, посвященный его подвигу; на могиле установлен памятник.

Не могу не сказать вот о чем. В ряде источников говорится о том, что С. В. Коновалов был награжден рядом орденов иностранных государств. Однако никаких подтверждений этому я, к сожалению, не нашел. Впрочем, уверен, не так уж важно, чем был ещё награжден отважный человек, главное, что он прошел через тяжелейшие испытания, проявив при этом несгибаемую стойкость и настоящее мужество.

По материалам сайта http://tankfront.ru

Комментариев нет:

Отправить комментарий